— — Как выведена эта кривая? — спросил Джо.
— — Так выглядит эмпирическое уравнение болезни Ларкина, рассчитанное для двухсот восьмидесяти девяти человек.
Эпплеби заметил вертикальные линии, пересекающие диаграмму. Возле каждой из них стояли цифры, указывающие время и ускорение. В дальнем правом углу было написано: "одна "джи" восемнадцать дней". Такова продолжительность обычного полета до Плутона при ускорении силы тяжести равном единице; корабль прибудет на Прозерпину, когда эпидемия уже закончится, и спасать будет некого. При двойном ускорении полет продлится двенадцать дней и семнадцать часов, но даже в этом случае половина обитателей станции на Плутоне умрет. Тройное ускорение заметно улучшит ситуацию, однако количество умерших от эпидемии будет все еще велико. Глядя на диаграмму, Джо понял, почему коммодор выбрал три с половиной "джи" несмотря на огромный риск для пилотов вертикальная линия касалась того места кривой, где она резко поворачивала вниз, — при продолжительности полета в девять суток и пятнадцать часов. Спасены будут почти все. Но какие трудности выпадут на долю пилотов!
Время, необходимое для спасения колонистов, уменьшалось обратно пропорционально квадрату ускорения. При одной "джи" достигнуть. Плутона можно было за восемнадцать суток, поэтому для девяти суток полета требовалось четыр╦хкратное ускорение силы тяжести, тогда как для четырех с половиной суток нужно было лететь с непрерывным фантастическим ускорением в шестнадцать "джи". Но кто‑то подчеркнул эти две цифры — "16" "джи" — "4,5 суток".
— — Что это? Посмотрите! Эти цифры рассчитаны для робота‑пилота! Да это же выход из положения! А в нашем распоряжении есть робот‑факельщик!
— — Да, есть, — тихо ответил Беррио. — Но каковы его шансы?
Джо замолчал. Даже при полетах между внутренними планетами Солнечной системы роботы часто не справлялись с управлением. На расстоянии в четыре миллиарда миль вероятность того, что робот‑пилот сумеет привести свой корабль в сферу действия радиоконтроля, была очень мала.
Разумеется, мы попытаемся сделать это, — продолжал коммодор. — Если корабль с роботом‑пилотом прибудет к месту назначения, я сразу сообщу вам. — Он повернулся к Клюгеру. — Капитан, у нас мало времени. Жду вашего ответа.
Клюгер посмотрел на врача. — Доктор, почему вы возражаете против этой половины "джи"? Я читал о шимпанзе, которая выдержала очень высокую перегрузку в течение удивительно длительного времени.
— — Да, но это шимпанзе, а не человек.
— — Какую нагрузку выдержала эта шимпанзе, доктор? — выпалил Джо.
— — Три с половиной "джи" в течение двадцати семи суток.
— — Вот это да! А в каком она была состоянии после окончания испытаний?
— — Она умерла, — пробормотал врач. Клюгер взглянул на диаграмму, посмотрел на Джо, затем повернулся к коммодору.
— — Мы готовы на ускорение в три с половиной "джи", сэр, — сказал он.
— — Тогда за работу. Быстро в медчасть. У вас очень мало времени, — кивнул командующий.
Через сорок семь минут их укладывали в антигравитационные ванны разведывательного космического корабля "Саламандра". Он был пристыкован к станции, Клюгер и Эпплеби со своими сопровождающими прошли по стыковочному туннелю внутрь корабля. Джо чувствовал себя слабым после тщательной обработки обеззараживающими растворами, а также десятка различных инъекций. "Хорошо, — подумал он, — что старт корабля будет произведен автоматически, без участия пилотов".
Разведывательный корабль был построен для полетов при очень высоких ускорениях, и ручки управления, а также контрольные приборы находились прямо над антигравитационными ваннами, так что "Саламандрой" можно будет управлять одними пальцами, не поднимая рук из жидкости, в которую будут погружены тела пилотов. Врач со своим ассистентом укладывал в ванную Клюгера, а два других медицинских специалиста занимались Джо. Один из них спросил:
"Костюм хорошо облегает тело? Нигде нет складок?"
— — По‑моему, все в порядке.
— — Я все‑таки проверю. — Он провел рукой по телу Эпплеби, затем закрепил его растяжками, как и подобает, быть закрепленным человеку, который будет находиться в одном положении на протяжении нескольких дней.
— — Левый сосок рядом с вашим ртом содержит воду, а два справа соответственно глюкозу и бульон.
— — Только жидкая пища?
Врач, паривший в воздухе в состоянии невесомости повернулся к нему и заметил: "Твердая пища вам не понадобится, это, во‑первых, во‑вторых, вы сами ее не захотите, и, в третьих, ее нельзя принимать в полете с таким ускорением. И глотайте как можно осторожнее"
— — Мне уже приходилось летать, хотя и не с такими высокими "джи".
— — Да, я знаю. И все‑таки будьте поосторожнее. Каждая антигравитационная ванна была наполнена жидкостью, более плотной, чем вода. Они были затянуты резиновыми полотнищами, пристегнутыми к краям ванн. Во время полета с постоянным ускорением оба пилота будут плавать в этой жидкости, что будет снижать влияние непомерной силы тяжести. Поскольку сейчас "Саламандра" неподвижно висела в космическом пространстве, в ней господствовало состояние невесомости, так что полотнища выполняли дополнительную функцию — они не позволяли жидкости покинуть ванны. Техники закрепили тело Джо, затем поместили его шею и затылок в специальный воротник, подогнанный по его индивидуальным размерам.
Врач наклонился над Джо и внимательно осмотрел его.
— — Все в порядке?
— — Да.
— — Еще раз напоминаю о том, что глотать нужно осторожно и не торопясь. — Врач повернулся к Клюгеру. — Мы закончили, капитан. Разрешите покинуть корабль?
— — Да. Спасибо, доктор.
— — Ну, счастливо. — Доктор со своими помощниками исчез в стыковочном коридоре, тщательно задраив за собой люк.
В центре управления отсутствовали иллюминаторы, да в них и не было необходимости. Приборная панель, расположенная перед лицом Эпплеби, состояла из множества дисплеев, экранов и указателей. У его лба находился окуляр коелостата — инструмента, состоящего из зеркала, непрерывно двигающегося с помощью часового механизма на оси параллельной оси их корабля, и второго зеркала, направленного на то небесное тело, которое было программой полета введение в бортовой компьютер. На панели вспыхнул зеленый свет — стыковочный туннель отделился от "Саламандры". Клюгер взглянул в зеркало над их головами — там отражалось лицо Джо.
— — Какова готовность, второй?
— — До старта семь минут. Механизмы в исправности. Факельный конвертор разогрет. Корабль готов к старту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
